После потрясшего воображение зрителей дебюта фильма Зеркальные войны, возродившего к жизни фильмы категории «Гэ», выдающийся отечественный режиссер Василий Чигинский, не так давно снимавший эпохальные телепередачи про компьютерные игрушки для приставки «Дэнди», решил сделать по-большому. Он обратился к теме нашего славного прошлого и заснял «военно-патриотический» блокбастер о подвигах советских подводников во время Великой Отечественной.

Постсоветское кино о Великой Отечественной вступает в эру откровенной халтуры

Скоро мы похороним последнего бойца Великой Отечественной. При мысли об этом сердце сжимается в леденящей тоске.

Уходят наши ветераны, уходят. И уже некому изобличить во лжи и откровенной «лаже» тех кинохалтурщиков, что потоком погнали фильмы, «рассказывающие правду». «Диверсант: конец войны» - один из образчиков подобных тошнотворных поделок.

Знаменитым приказом НКО  №227 от 27 июля 1942 года, сразу в солдатской среде получившего название "Ни шагу назад", среди иных очень жестких мероприятий по укреплению порядка и дисциплины на фронте   предписывалось и создание т.н. заградительных отрядов. В этом приказе Сталин потребовал:

...б) сформировать в пределах армии 3 — 5 хорошо вооруженных заградительных отряда (до 200 человек в каждом), поставить их в непосредственном тылу неустойчивых дивизий и обязать их в случае паники и беспорядочного отхода частей дивизии расстреливать на месте паникеров и трусов и тем помочь честным бойцам дивизий выполнить свой долг перед Родиной;...

 И как то сразу же информация об этих отрядах ушла в тень. О них ничего не писали в прессе ни в годы войны, ни в послевоенные годы. Даже во времена "разоблачения культа личности Сталина" тему заградительных отрядов старались обходить. Сведения о них либо просто замалчивались, либо глухо их ставили в вину сталинскому режиму. И опять таки без каких либо подробностей.

В декабре сорок второго года наш полк продолжал интенсивно вести боевые действия.

Забот у меня было много, и я был без остатка ими поглощен. В один из дней меня вызвал к телефону командующий 8-й воздушной армией. Он спросил о делах, о состоянии самолетного парка. Я кратко доложил, после чего Т.Т. Хрюкин объявил:

- Решением Военного совета Сталинградского фронта вы назначены летчиком для приема самолета - подарка Красной Армии от колхозника Головатого. За самолетом вам надлежит убыть в Саратов.

Я несколько растерялся. В такие жаркие дни, когда наступление набирает силу, когда полк задействован самым активным образом, посылать командира полка для приемки самолета?.. Пусть даже дарственного... Приказ командующего показался мне необычным. По интонации, с какой это было сказано, я начал понимать значимость такого события, если в разгар боев под Сталинградом посчитали возможным оторвать и послать в тыл командира активно воюющего полка. Но истинный масштаб этого события раскрылся передо мной несколько позднее.